Олег Доев - легенда осетинской журналистики

Он держал камеру там, где рушился мир. Январь 1991-го. Дорога в неизвестность. Перевалы, БТРы, вертолёты. И этот голос - голос жизни посреди смерти. Олег Доев снимал не войну. Он снимал людей, которые не сдавались. Исход восьмидесятых. Грузия пылает национализмом. Цхинвал - в огне первых взрывов. Люди бегут на Север, спасая детей. Олег Доев не отводит взгляда. Он говорит о политическом пекле, где сгорают мосты и рушатся судьбы народов - на десятилетия вперёд. Каждый репортаж - как проповедь, обращённая к совести. Каждое слово - как воздух. Для осаждённого Цхинвала - живительный. 16 марта 1994 года в Южной Осетии заработало первое государственное телевидение республики. Людвиг Чибиров потом скажет: «Олег Доев стоял у истоков». Он стоял у истоков везде. Потому что он был первым. Первым, кто заговорил со зрителем. Прямые включения, честный диалог, бескомпромиссность в главном - в праве называть вещи своими именами. Доев не возводил себя на пьедестал, а просто работал так, будто от каждого его слова зависит чья-то жизнь. Тогда, в 92-м, за столом переговоров решалась судьба Пригородного района. Олег Доев был там. Но видел и другое - сёла, охваченные огнём, дома, где оплакивали близких. Он вбирал в себя чужую боль и не отводил глаз. Потому что был со своим народом. Всегда. Его камера сохранила уникальные кадры трёхсторонних переговоров - те самые, что сегодня стали живым свидетельством эпохи. Кадры, без которых история тех дней была бы неполной. Главное, что он давал зрителю, - право на объективный вывод. Говорил так, будто сидит напротив каждого: без фальши, без дистанции. Все для него начиналось в 81-м. Февраль того года стал для Доева точкой отсчёта на телевидении. Первая проба пера - в молодёжной редакции, но уже скоро кипучая энергия и жадный интерес к происходящему привели его в только зарождавшуюся информационную службу. В команде единомышленников он формировал тот новостной стиль, что сегодня стал классикой. Его кодексом всегда были честность, фактологическая безупречность и внимание к деталям. Тридцать лет на ГТРК «Алания» - дорога от редактора до замдиректора. Так начиналась эпоха Олега Доева, которая не заканчивается и сегодня. Олег Доев и сегодня особенный даже в галерее самых ярких телевизионных портретов, любовь к нему не иссякла за эти годы. Его перу и его идеям принадлежат «Иристон сегодня», «Панорама», «Осетия спортивная», «Пятница» - программы, вошедшие в золотой фонд осетинской тележурналистики: «Иристон сегодня», «Панорама», «Осетия спортивная», «Пятница». Разные по формату, они сходились в одном - честность, достоверность, живой интерес к реальности. Но главный проект Доева - это ученики. Он щедро делился опытом со студентами факультета журналистики СОГУ, открывая им мир за кадром, учил чувствовать профессию кончиками пальцев. Телевидение постоянно меняется. Меняется вместе с аудиторией, взрослеющей и молодеющей одновременно. Меняется вместе со временем и страной. Но есть имена, которые держат профессию. Олег Доев - одно из них. Вне кадра - скромный и сдержанный. Перед объективом - собранный, живой. Камера включала в нём то, что зрители запоминали навсегда. Но новостями его талант не ограничивался. Он стоял у истоков спортивной тележурналистики Осетии - его голос знал каждый болельщик, а репортажи с футбольных полей ждали, как праздника. Олег Доев и сегодня особенный даже в галерее самых ярких телевизионных портретов. Любовь к нему не остыла. Строгий к слову и кадру, он оставался при этом удивительно открытым к людям: любой мог прийти к нему за советом, и никто не уходил без поддержки. Его умение создавать на съёмочной площадке атмосферу свободы и доверия было легендарным. И при этом - ни капли чванства. Ни с коллегами, ни с героями своих материалов. До последнего дня он держался ровно, без позы и превосходства. Те, кому посчастливилось работать с ним, до сих пор ощущают его незримое присутствие. Он ушёл, но остался в отснятых кадрах, в памяти друзей и коллег, в благодарных взглядах зрителей. А ещё - в том щемящем чувстве, когда в редакции вот-вот откроется дверь, он войдёт, поправит листы, пробежит глазами текст и негромко бросит своё кроткое и узнаваемое: "Годится!". На этой неделе ему исполнилось бы 75. Светлая память и вечная благодарность от всех, кто знал Мастера. И это - главное, о чём мы хотим сказать сегодня.