Тема поэта и поэзии в лирике А. А. Фета

https://essayopus.com/Тема_поэта_и_поэзии_в_лирике_А_А_Фета Отголоски этого трагического события слышатся в лирике поэта. Один из современников поэта писал: "Может показаться, что имеешь дело с двумя совершенно различными людьми... Понять эту "психологическую загадку" можно, лишь обратившись к взглядам Фета на существо и призвание поэзии. Достоевского "Братья Карамазовы" проясняют мироощущение Фета, его взгляд на существо и назначение высокой поэзии: Одним толчком согнать ладью живую С наглаженных отливами песков, Одной волной подняться в жизнь иную, Учуять ветр с цветущих берегов, Тоскливый сон прервать единым звуком, Упиться вдруг неведомым, родным, Дать жизни вздох, дать сладость тайным мукам, Чужое вмиг почувствовать своим... Если #Некрасов тянется к миру дольнему и излюбленным образом его поэзии является дорога, то Фет зовет "смертных взоры" на "синеву небес". Лейтмотивом его поэзии является тема полета: мечты его в стихах "роятся и летят", он чувствует в минуту вдохновенья, как "растут и тотчас в небо унесут" его "раскинутые крылья". Муза Фета — "на облаке, незримая земле, в венце из звезд, нетленная богиня". И звуки ее поэзии сносят на землю "не бурю страстную, не вызовы к борьбе, а исцеление от муки". Стремление Фета удержать пушкинскую гармонию в условиях дисгармоничной действительности заставляло предельно сокращать тематический диапазон поэзии. Фет в своей поэзии демонстративно уходил от злобы дня, от острых социальных проблем, которые волновали Россию. Но это не значит, с другой стороны, что поэтическое мироощущение Фета никак не связано с бурной эпохой 60-х годов. У Фета же "цветы глядят с тоской влюбленной", "звезды молятся", "грезит пруд" и "дремлет тополь сонный". от уменья поэта ловить неуловимое, давать образ и название тому, что до него было не чем иным, как смутным мимолетным ощущением души человеческой, ощущением без образа и названия... Сила Фета в том, что поэт наш, руководимым своим вдохновением, умеет забираться в сокровеннейшие тайники души человеческой. Поэзия Фета вся живет сложными и многозвучными ассоциациями, сближающими ее с музыкой. Напро- тив, жизненные тяготы и заставляли нас в течение пя- тидесяти лет по временам отворачиваться от них и пробивать будничный лед, чтобы хотя на мгновение вздохнуть чистым и свободным воздухом поэзии". Шеншина Новоселки Мцен-ского уезда Орловской губернии. Вплоть до четырнадцатилетнего возраста он носил фамилию своего отца и считал себя потомственным русским дворянином. Шеншина с немецкой подданной Шарлоттой-Елизаветой Фет был оформлен уже после рождения их первенца — сына Афанасия. Отныне юноша лишался права носить русскую фамилию отца и вынужден был на всех официальных бумагах ставить подпись: "К сему иностранец Афанасий Фет руку приложил". Одновременно он лишался всех привилегий, связанных со званием дворянина. Это был удар, последствия которого Фет испытывал на протяжении всего жизненного пути. Фет пережил еще одну тяжелую драму. Он полюбил бедную девушку Марию #Лазич, но вынужден был отказаться от брака с нею по материальным соображениям. Мария не вынесла такого испытания и покончила с собой. Памяти своей возлюбленной он посвящает цикл стихов: "Старые письма", "Ты отстрадала, я еще страдаю...", "Светил нам день, будя огонь в крови..." и другие. В 1861 году Фет приобрел небольшое имение Степа-новка в Мценском уезде Орловской губернии, где развернул свой незаурядный талант хозяина- практика, деловитого и расчетливого человека. Но лишь на закате дней ему удалось возвратить дворянское звание и утраченную фамилию отца. Шеншин вошел под немецкой фамилией матери — Фет. Один захватывает вечные мировые вопросы так глубоко и с такой шириной, что на человеческом языке не хватает слов, которыми можно было бы выразить поэтическую мысль, и остаются только звуки, намеки и ускользающие образы, другой как будто смеется над ним и знать не хочет, толкуя об урожае, о доходах, о плугах, о конном заводе и мировых судьях.