Кувшинный человечек. (О хитрой лени.) Японская сказка.

Кувшинный человечек. Японская сказка. В старину, далёкую старину, жил в одной деревне молодой парень по имени Таро. Был он бездельник, каких мало. И к тому же любопытен. С утра бродит по улицам и глазеет по сторонам. Тут новую крышу настилают, там бочку чинят, а вот собака за кошкой погналась. Кошка сидит на дереве, а Таро стоит под деревом. Ждёт, когда кошка с собакой помирятся. Настала осенняя страда. Все парни жали и молотили рук не покладая. Один Таро шатался по деревне как ни в чем не бывало. Вдруг приметил он на обочине дороги глиняный кувшинчик. – О-о, ходишь далеко – найдёшь больше, – обрадовался Таро. – И целёхонький, ни трещины. Но что в нём шуршит? Верно, полевая мышь туда забралась. Заглянул Таро в кувшин – и что же видит? Не мышь там прячется, не ящерица, не лягушка, а маленький человечек. Головёнка у него не больше каштана, а сам он, если на ноги встанет, будет ростом с гороховый стручок. Вот чудо! Таро так широко рот разинул от удивления, что в него, как в ворота, повозка с конём могла бы въехать. Человечек заговорил голосом тонким-тонким, как писк цикады: – Здравствуй, Таро! Вот мы и встретились. Из всей вашей деревни один ты мне полюбился. Ох, как я не люблю других парней! Возьми меня к себе домой жить. – Что ж,– отвечает Таро,– пожалуй, возьму. Отчего не позабавиться? Дома вынул он маленького человечка из кувшина и бережно, двумя пальцами, посадил посреди комнаты. А кошку на улицу выгнал за то, что стала облизываться. – Кувшинный человечек, какой ты забавный! Верно, меньше самого крошечного карлика на свете. Хочешь, поиграем? Целый день играл Таро с Кувшинным человечком. Посадил его в деревянную чашку и катал в кадке с водой. Подует посильнее – в кадке буря поднимается. Тележку сделал и мышь в неё запряг. Мышь побегала-побегала и бросилась в норку, тележку опрокинула. Смеялся-смеялся Таро, но к вечеру надоела ему новая забава. Не привык он долго одним и тем же заниматься. На другой день опять пошёл Таро шататься по улицам. Солнце уже начало садиться, когда вспомнил он о Кувшинном человечке.