Застыло всё...
Предчувствуя бойню, войну Справедливости с Мраком, явились строки... Во льдах, как в латах, выстывшие реки, В снегах глубоких сонные долины, Поднять бы, но свинцом налиты веки, А сверху комом смёрзшаяся глина. Застыло всё, и трепетное тело, И ветр, что мёл листочки по аллеям, Всё то, что ране плакало и пело, Теперь прохлада жгучая лелеет. Угас огонь в душе, вина ли века, Что он вот так, не вовремя, навеки Век предыдущий хладом погасил, Видать, в нём есть неведомая сила, Что столь народу сразу покосила, Родился позже – жить хватило сил.
Предчувствуя бойню, войну Справедливости с Мраком, явились строки... Во льдах, как в латах, выстывшие реки, В снегах глубоких сонные долины, Поднять бы, но свинцом налиты веки, А сверху комом смёрзшаяся глина. Застыло всё, и трепетное тело, И ветр, что мёл листочки по аллеям, Всё то, что ране плакало и пело, Теперь прохлада жгучая лелеет. Угас огонь в душе, вина ли века, Что он вот так, не вовремя, навеки Век предыдущий хладом погасил, Видать, в нём есть неведомая сила, Что столь народу сразу покосила, Родился позже – жить хватило сил.




