МАГАФУР ХИСМАТУЛЛИН. БСТ 2004 ГОД.1mp4

МАСТЕР ПЕВЧЕСКОГО ИСКУССТВА Его голос, услышанный однажды, запоминается надолго. Его искусство никого не оставляет равнодушным. А о том, что круг его почитателей не просто огромен, а ещё и интернационален, я узнала ещё в 1965 году, когда работала в художественной редакции телевидения. После передачи, посвящённой 50-летию Магафура Хисматуллина, в редакцию стали приходить письма, телефон раскалился от звонков — люди высказывали обиду на то, что программа шла только на башкирском языке. Телезрители писали: «Мы любим этого замечательного певца и артиста и хотели узнать о нём побольше. Просим повторить передачу на русском языке». Большой певец, самобытный артист — личность яркая и неповторимая, Магафур Хисматуллин оставил свой заметный след в истории башкирского музыкально-театрального искусства. Пожалуй, сразу даже трудно сказать, в чем секрет его такого колоссального успеха, за что так любили певца долгие годы. Может быть, за то, что в его пении всегда присутствует глубокое чувство, которое заставляет нас сопереживать услышанному, тот самый нерв, сразу берущий за душу и не отпускающий нас до конца произведения, которое звучит в исполнении Магафур-агая — будь это оперная ария, песня, романс или народная песня. Для каждого номера он находил свои особые краски, свои интонации. Помогала ему ещё и его богатейшая интуиция — вот, наверное, в чем была сила его искусства. А самое главное — в нём с самого начала ярко проявилась его индивидуальность — это же такой дар, который не может заменить никакое мастерство. О жизни и творческом пути Магафура Хисматуллина написано немало. Но наибольший интерес, несомненно, представляют подлинные документы — его автобиография, собственные воспоминания о прожитой жизни, о музыкальных впечатлениях, созданных образах. Когда читаешь такие материалы, кажется, что слышишь его речь, его образный язык, живую интонацию его голоса. Из автобиографии: «Я, Хисматуллин Магафур Хисматуллович, родился в 1915 году в семье крестьянина-бедняка в деревне Ново-Кубово Иглинского района БАССР. Отец пропал без вести в войне 1914 года. Мы, трое сыновей, воспитывались у матери. В 1929 году окончил 4 класса средней школы. В 1929 году вступили в колхоз. Осенью 1930 года поступил на курсы мостовщиков в городе Уфе и, окончив, работал мостовщиком на железной дороге до сентября 1931 года. В 1931 году поступил на театральное отделение техникума искусств в Уфе, после окончания его в 1934 году стал работать актером в Башкирском государственном академическом театре. С ноября 1934 года по 1936 год работал в Баймакском башкирском театре. В августе 1936 года московская комиссия по набору студентов на Башкирское отделение Московской государственной консерватории обнаружила во мне певческий голос и меня приняли на Башкирское отделение, где обучался до января 1941 года. С тех пор беспрерывно работаю в Башкирском государственном театре оперы и балета в качестве солиста оперы…» (Эти строки были написаны в 1955 году.) После скупых строк из автобиографии слушаем другое — рассказ певца о том же периоде жизни. Как он отличается по тону! «Знаете, у меня имя от фронта. Когда отец уходил на войну, я еще не родился. Так вот, он сказал матери: «Родится мальчик — назови Магафур, ну а если девочка, то пусть будет Тутыя». Мама у меня была очень хорошая, мудрая, честная, очень порядочная женщина, хотя и неграмотная. После смерти отца не вышла замуж, хотя была еще молодой и привлекательной. Так и воспитывала нас одна. Ну а детство у меня самое обыкновенное, как у всех маль чишек. Помогал по дому, скотину пас. Конечно, любил петь, плясать. Сам сочинял прибаутки. Был у нас гармонист Гаяз, так вот он без меня на улицу не выходил. Веселые компании были у нас. 14-летним подростком стал каменщиком-мостильщиком. А потом — Башкирский техникум искусств, затем Баймакский (ныне Сибайский) передвижной колхозно-совхозный театр. Но тогда я не пел: голос, как говорят не шел. Зато много плясал, особенно в концертах, и «Барыню», и «Яблочко», и «Гопака». Был я темпераментным, подвижным, здорово исполнял прыжки в «Гопаке». Перед войной учился на вокальном отделении Московской консерватории. Конечно, впоследствии мне много дало общение с такими оперными корифеями, как Лемешев, Лисициан, Ведерников, Гайдай»… (из статьи Виктора Сидорова «Певец Салавата»). На вступительных экзаменах Хисматуллин пел арию Нигмата из оперы «Эшсе» Г.Альмухаметова, С.Габяши, В.Виноградова. В те годы она была очень популярной и её пели как народную песню. Юноша покорил приёмную комиссию и был зачислен на учёбу. Было в нём что-то такое, что сразу обращало на себя внимание. Естественность чувств, которые он стремился передать в пении. Помогала ему та самая интуиция, которой, как правило, бывают отмечены истинные таланты. Председателем комиссии была художественный руководитель башкир¬ского отделения при Московской консерватории Екатерина Анатольевна Милькович. По специальности молодой артист попал в класс Е.В.Еноховича. Артистические данные проявились у Магафура рано — еще 15-летним по