Гимны Надежды 166 Если больно тебе (минус)
Евгения Шарыпанова или инициалы «Е. Ш.» – поэтесса, ею написаны стихи к 14 псалмам вошедшие в сборник АСД "Гимны Надежды": №7 «Славьте Бога, славьте в песнопеньях», №19 «Бог есть любовь», №20 «Каждый день и каждый час», №119 «Всю неделю десница Господня», №127 «В день субботнего покоя», №151 «Просите и будет дано вам», №166 «Если больно тебе», №172 «Если твой дух утомится», №173 «Не унывай, когда тернист твой путь», №174 «В жизненном море», №182 «Научи меня, Боже, молиться», №205 «К Тебе, Господь, душа моя стремится», №245 «Мы верные слуги Христовы», №369 «Больше, больше любви». И сделан перевод гимна №25 «В Слове Божьем ищи». Всю жизнь она проживала в Санкт-Петербурге (Ленинграде). В её жизни произошло одно горькое событие, повлиявшее на её творчество. У неё был сын. В юношеском возрасте он утонул. Это обстоятельство совпало со ссылкой пастора Ефимова, проповедника Санкт-Петербургской церкви. Вот строки из книги Алексея Анатольевича Опарина «Псалмы, написанные кровью»: «Шёл 1914 год, время Первой мировой войны, время гонений на всех, кто не принадлежал к православной церкви… Закрываются адвентистские церкви, издательства, арестовываются пасторы. Особо сильным гонениям подвергается петроградская адвентистская церковь. Людей, всё «преступление» которых состояло лишь в том, что они жили согласно Божьему закону, бросают в страшные тюрьмы Петрограда, знаменитые своими нечеловеческими условиями содержания. Одним из первых был арестован пастор петроградской общины Ефимов Сергей Сергеевич. «Никому слово свобода так не дорого, как людям, испытавшим горечь рабства. Жутко становится тому, кто мало-мальски знает, что такое тюрьма, где кроме четырех голых стен да маленького окошечка у потолка ничего нет. Непрерывной пыткой являются кандалы. Кормили очень плохо. Заключенный жил всегда впроголодь, вдобавок в камерах от дыма махорки и испарений грязных тел был невозможный воздух. При таком положении заключенные болели зимой цингою и умирали по 3—4 человека в день». Все это вынес пастор Ефимов. Его, как страшного «преступника», вывели в кандалах и в окружении убийц и бандитов повели через весь город по этапу, целью которого была далекая сибирская Ангара. Узнав о том, что предстоит их пастору, члены петроградской общины вышли почти все, как один, проводить своего служителя. Еще до того, как двери темницы были открыты, они стояли и ждали, а затем шли и провожали Ефимова, сопровождая колонну каторжан вплоть до самого выхода из города. В числе тех, кто вышел поддержать своего пастора, была и Евгения Шарыпанова». В 1917 г. всех, кто был осуждён по религиозным причинам, освободили, и пастор Ефимов вернулся на служение в Петербург. До нас дошли воспоминания людей, близко знавших Шарыпанову: «Это была женщина с богатым дарованием и глубоким духовным содержанием. Она принимала гостей с особенной мягкостью и любезностью, ее наружность, одежда, как и она сама, были скромны. Беседы с ней оставляли глубокое впечатление. Она была полна любви и сострадания к людям и всегда была готова отозваться участием». О последних годах жизни Е. Шарыпановой сохранилось крайне мало и притом весьма противоречивых сведений (вплоть до ее ухода из церкви), которые, к сожалению, не дают нам возможности документально воссоздать их. При исследовании ее творчества особо привлекает внимание та любовь, которой дышат ее псалмы. Например, псалом №19 «Бог есть любовь». Евгения Шарыпанова писала стихи и статьи. Но, к сожалению, из её литературного наследия сохранилось совсем немного. Ведь её печатали в адвентистских журналах 20-х годов 20 века, выходивших небольшим тиражом. А в последующие годы в нашей стране стихи любой религиозной тематики уничтожались. Но сохранились рукописи и несколько старых адвентистских журналов. Автор А.А. Опарин в своей книге «Псалмы, написанные кровью» опубликовал несколько её стихов. Но главное наследие, оставшееся от нашей сестры – это псалмы, которые мы поём! Пусть же эти стихи станут для нас завещанием этой женщины, о которой нам история сохранила одновременно и так мало, и так много…
Евгения Шарыпанова или инициалы «Е. Ш.» – поэтесса, ею написаны стихи к 14 псалмам вошедшие в сборник АСД "Гимны Надежды": №7 «Славьте Бога, славьте в песнопеньях», №19 «Бог есть любовь», №20 «Каждый день и каждый час», №119 «Всю неделю десница Господня», №127 «В день субботнего покоя», №151 «Просите и будет дано вам», №166 «Если больно тебе», №172 «Если твой дух утомится», №173 «Не унывай, когда тернист твой путь», №174 «В жизненном море», №182 «Научи меня, Боже, молиться», №205 «К Тебе, Господь, душа моя стремится», №245 «Мы верные слуги Христовы», №369 «Больше, больше любви». И сделан перевод гимна №25 «В Слове Божьем ищи». Всю жизнь она проживала в Санкт-Петербурге (Ленинграде). В её жизни произошло одно горькое событие, повлиявшее на её творчество. У неё был сын. В юношеском возрасте он утонул. Это обстоятельство совпало со ссылкой пастора Ефимова, проповедника Санкт-Петербургской церкви. Вот строки из книги Алексея Анатольевича Опарина «Псалмы, написанные кровью»: «Шёл 1914 год, время Первой мировой войны, время гонений на всех, кто не принадлежал к православной церкви… Закрываются адвентистские церкви, издательства, арестовываются пасторы. Особо сильным гонениям подвергается петроградская адвентистская церковь. Людей, всё «преступление» которых состояло лишь в том, что они жили согласно Божьему закону, бросают в страшные тюрьмы Петрограда, знаменитые своими нечеловеческими условиями содержания. Одним из первых был арестован пастор петроградской общины Ефимов Сергей Сергеевич. «Никому слово свобода так не дорого, как людям, испытавшим горечь рабства. Жутко становится тому, кто мало-мальски знает, что такое тюрьма, где кроме четырех голых стен да маленького окошечка у потолка ничего нет. Непрерывной пыткой являются кандалы. Кормили очень плохо. Заключенный жил всегда впроголодь, вдобавок в камерах от дыма махорки и испарений грязных тел был невозможный воздух. При таком положении заключенные болели зимой цингою и умирали по 3—4 человека в день». Все это вынес пастор Ефимов. Его, как страшного «преступника», вывели в кандалах и в окружении убийц и бандитов повели через весь город по этапу, целью которого была далекая сибирская Ангара. Узнав о том, что предстоит их пастору, члены петроградской общины вышли почти все, как один, проводить своего служителя. Еще до того, как двери темницы были открыты, они стояли и ждали, а затем шли и провожали Ефимова, сопровождая колонну каторжан вплоть до самого выхода из города. В числе тех, кто вышел поддержать своего пастора, была и Евгения Шарыпанова». В 1917 г. всех, кто был осуждён по религиозным причинам, освободили, и пастор Ефимов вернулся на служение в Петербург. До нас дошли воспоминания людей, близко знавших Шарыпанову: «Это была женщина с богатым дарованием и глубоким духовным содержанием. Она принимала гостей с особенной мягкостью и любезностью, ее наружность, одежда, как и она сама, были скромны. Беседы с ней оставляли глубокое впечатление. Она была полна любви и сострадания к людям и всегда была готова отозваться участием». О последних годах жизни Е. Шарыпановой сохранилось крайне мало и притом весьма противоречивых сведений (вплоть до ее ухода из церкви), которые, к сожалению, не дают нам возможности документально воссоздать их. При исследовании ее творчества особо привлекает внимание та любовь, которой дышат ее псалмы. Например, псалом №19 «Бог есть любовь». Евгения Шарыпанова писала стихи и статьи. Но, к сожалению, из её литературного наследия сохранилось совсем немного. Ведь её печатали в адвентистских журналах 20-х годов 20 века, выходивших небольшим тиражом. А в последующие годы в нашей стране стихи любой религиозной тематики уничтожались. Но сохранились рукописи и несколько старых адвентистских журналов. Автор А.А. Опарин в своей книге «Псалмы, написанные кровью» опубликовал несколько её стихов. Но главное наследие, оставшееся от нашей сестры – это псалмы, которые мы поём! Пусть же эти стихи станут для нас завещанием этой женщины, о которой нам история сохранила одновременно и так мало, и так много…