Почему ВАЗ-2103 был круче и мощнее итальянского Фиата?

Представьте типичное советское утро середины семидесятых. Двор стандартной панельной девятиэтажки еще дремлет в утренней дымке. У бордюра застыли два силуэта, словно разлученные в детстве братья. Один — скромный, чуть потертый «итальянец» Fiat, случайно оказавшийся здесь по делам какого-нибудь торгпредства или посольства. Другой — сверкающая хромом, словно дорогая лаковая шкатулка, новенькая вишневая ВАЗ-2103. Проходящий мимо дворник в промасленном фартуке, шаркая метлой по асфальту, скользнет равнодушным взглядом по заграничному гостю. Но, поравнявшись с «Жигулями», он замедлит шаг, огладит усы и с неподдельным уважением кивнет четырехфарной красавице. В этой бытовой зарисовке кроется глубокий исторический смысл. Долгое время в массовом сознании «Тройка» воспринималась лишь как «лицензионная копия», тень европейского автопрома. Считалось, что мы просто взяли Fiat 124 Speciale и прикрутили к нему брызговики. Однако реальность куда интереснее: советская модель во многом переросла своего «итальянского учителя», шагнув дальше исходного прототипа и по инженерии, и по эстетике. Здесь рождается, пожалуй, главный парадокс той эпохи. В стране хронического товарного дефицита, где джинсы были роскошью, а за мебелью записывались в очереди, массовый семейный седан неожиданно получил техническую начинку более современную, чем его капиталистический «родственник». Пока Европа часто довольствовалась старыми нижневальными моторами, под капотом советской машины работал передовой верхневальный двигатель, а салон с обилием хрома, велюра и вставок «под дерево» выглядел богаче, превращая «Тройку» не в копию, а в улучшенную версию оригинала.