Любовь — это к небу стремящийся ток
Любовь — это к небу стремящийся ток, Что сотни покровов прорвал и совлёк. В начале дороги — от жизни уход, В конце — шаг, не знавший, где след его лёг. Не видя, приемлет любовь этот мир, И взор её — самому тленью далёк. «О сердце, — вскричал я, — блаженно пребудь, Что в любящих ты проникаешь чертог, Что смотришь сверх грани, доступной для глаз, В извилинах скрытый находишь поток. Душа, кто вдохнул в тебя этот порыв? Кто в сердце родил трепетанье тревог? О, птица! Своим языком говори — Понятен мне тайн сокровенный намёк». Душа отвечала: «Я в горне была, Чтоб дом мой из глины Создатель испёк; Летала вдали от строенья работ — Чтоб так построенья исполнился срок; Когда же противиться не было сил — В ту круглую форму вместил меня рок». Любовь — это к небу стремящийся ток, Что сотни покровов прорвал и совлёк. В начале дороги — от жизни уход, В конце — шаг, не знавший, где след его лёг.
Любовь — это к небу стремящийся ток, Что сотни покровов прорвал и совлёк. В начале дороги — от жизни уход, В конце — шаг, не знавший, где след его лёг. Не видя, приемлет любовь этот мир, И взор её — самому тленью далёк. «О сердце, — вскричал я, — блаженно пребудь, Что в любящих ты проникаешь чертог, Что смотришь сверх грани, доступной для глаз, В извилинах скрытый находишь поток. Душа, кто вдохнул в тебя этот порыв? Кто в сердце родил трепетанье тревог? О, птица! Своим языком говори — Понятен мне тайн сокровенный намёк». Душа отвечала: «Я в горне была, Чтоб дом мой из глины Создатель испёк; Летала вдали от строенья работ — Чтоб так построенья исполнился срок; Когда же противиться не было сил — В ту круглую форму вместил меня рок». Любовь — это к небу стремящийся ток, Что сотни покровов прорвал и совлёк. В начале дороги — от жизни уход, В конце — шаг, не знавший, где след его лёг.