Матильда - Мадам, я кухню Вам не отдам!
Тёмной-притёмной ночью, Когда весь свет погас, В чёрной-причёрной комнате Настал мой суровый час. Я шла попить водички, Включила фонарик свой, А там, в углу зловещем, Сидел чужак ночной. Чёрный-причёрный таракан В тёмном углу сидел! Он не боялся никого, Он на меня глядел. В усах его — великая мощь, В глазах — зловещий блеск... Ведь это все боялись его! И разум окутал страх… В его силуэте читался покой, Уверенность, дерзость и сталь. Он явно прошёл не один дихлофос И верил в прекрасную даль. Казалось, он щас достанет сигару И тихо мне скажет: «Мадам, Поплачь в коридоре, сглотни слезу, Я кухню тебе не отдам». Мы долго смотрели глаза в глаза, Вокруг стояла тишина. Он понял, что я не включу здесь свет, А я — что спасения нет. Я замерла с тапком в руке, Но тапок вдруг задрожал... Кто в этой комнате главный? Усатый всё доказал. Чёрный-причёрный таракан В тёмном углу сидел! Он не боялся никого, Он на меня глядел. В усах его — великая мощь, В глазах — зловещий блеск... Ведь это все боялись его! И разум окутал страх… В чёрной-причёрной комнате Объявлен теперь нейтралитет. Он не заходит на мой диван, А я не хожу в туалет... ...до утра.
Тёмной-притёмной ночью, Когда весь свет погас, В чёрной-причёрной комнате Настал мой суровый час. Я шла попить водички, Включила фонарик свой, А там, в углу зловещем, Сидел чужак ночной. Чёрный-причёрный таракан В тёмном углу сидел! Он не боялся никого, Он на меня глядел. В усах его — великая мощь, В глазах — зловещий блеск... Ведь это все боялись его! И разум окутал страх… В его силуэте читался покой, Уверенность, дерзость и сталь. Он явно прошёл не один дихлофос И верил в прекрасную даль. Казалось, он щас достанет сигару И тихо мне скажет: «Мадам, Поплачь в коридоре, сглотни слезу, Я кухню тебе не отдам». Мы долго смотрели глаза в глаза, Вокруг стояла тишина. Он понял, что я не включу здесь свет, А я — что спасения нет. Я замерла с тапком в руке, Но тапок вдруг задрожал... Кто в этой комнате главный? Усатый всё доказал. Чёрный-причёрный таракан В тёмном углу сидел! Он не боялся никого, Он на меня глядел. В усах его — великая мощь, В глазах — зловещий блеск... Ведь это все боялись его! И разум окутал страх… В чёрной-причёрной комнате Объявлен теперь нейтралитет. Он не заходит на мой диван, А я не хожу в туалет... ...до утра.




