Призрак полуторки (ИИ-метал)

(Сгенерировано с помощью Yolly AI) Туман на трассе, как бинт на ране, Фары режут сырой рассвет. Я шёл под вечер в пустом тиражном Глухом краю, где дороги нет. И вдруг навстречу — из мглы, из канавы — Грузовик, как из давних лет: Ржавый, тяжёлый, без света, без права, С номером, стёртым в седой сумет. Он шёл сквозь ночь, не касаясь лужи, Сквозь гулкий холод, сквозь мой испуг. А потом исчез у болотной стужи, Словно его проглотил недуг. Он ехал в туман, (ехал в туман) Он звал меня сам (звал меня сам) На ту дорогу, Где топь и мох, Где ждет его Незакрытый гроб. Я видел кабину — без глаз, но живая, И руки, вцепившись в руль. Сквозь скрип металла, как будто вздыхая, Он мне прошептал свою боль: Вёз он снаряды осаждённой батарее, Не успел дойти до огня. В ночь ушёл с грузом, в болоте раскисшем, И не подняла его земля. С тех пор он бродит по этой дороге, В туманные ночи, в сырой час. И каждый раз на болотном пороге Гаснет след его дальних глаз. Он ехал в туман, (ехал в туман) Он звал меня сам (звал меня сам) На ту дорогу, Где топь и мох, Где ждет его Незакрытый гроб. Я не был смелым, но сделал, что надо — Позвонил краеведам в тот же день. Старый архив и забытая карта Вскрыли болотную чёрную тень. Там, где дорога тонула в трясине, Нашли его кости, нашли металл. И тихо, по-русски, в родной землине Его последний покой настал. Он ехал в туман, (ехал в туман) Но стих его гул (стих его гул) На той дороге, Где мох и след. Я дал ему имя И дал ответ. Он больше не бродит (не бродит) В сырой тишине. (в тишине) Теперь его помнят, И он — в земле.