Устал
Слова Сергей Руднев. Устал и жизнь пошла к закату, Дорога стынет на ветру. Иду, как голь по перекату, С дорожной сумкой на боку. В которой маленькой тетрадкой Сложилась терпкая судьба. Порой лиха́, порою га́дка, Но мною про́жита она. Не знаю, кто её мне пра́вил И кто в дорогу снаряжал. Но слишком много строгих пра́вил В пути житейском познавал. Не значит, что указы свыше Спешил немедля исполнять, В свою исчёрканную душу, Закрыв от Бога благодать. Прощать не мог и не старался, А бил ошибкой по морда́м – Упал. Так, быстренько поднялся, А то ещё и я поддам. Обидеть мог легко ведь словом, Сарказмом жертву доконав. Себя считал пиитом новым И напоказ бросал свой нрав. – А что ты мог, пиит привреда? Так, пару строчек срифмовать. А душу – истину поэта, Слабо Голгофой изорвать? Поднять и тоненьким кинжалом Её прикончить на глазах. И ядом, горько-тонким жалом Убить, всадив клинок вразмах. Видать слабо, коль жив покуда, Идя дорогой на закат. Порой хорош, порой паскуда. Скрипит ногами перекат.
Слова Сергей Руднев. Устал и жизнь пошла к закату, Дорога стынет на ветру. Иду, как голь по перекату, С дорожной сумкой на боку. В которой маленькой тетрадкой Сложилась терпкая судьба. Порой лиха́, порою га́дка, Но мною про́жита она. Не знаю, кто её мне пра́вил И кто в дорогу снаряжал. Но слишком много строгих пра́вил В пути житейском познавал. Не значит, что указы свыше Спешил немедля исполнять, В свою исчёрканную душу, Закрыв от Бога благодать. Прощать не мог и не старался, А бил ошибкой по морда́м – Упал. Так, быстренько поднялся, А то ещё и я поддам. Обидеть мог легко ведь словом, Сарказмом жертву доконав. Себя считал пиитом новым И напоказ бросал свой нрав. – А что ты мог, пиит привреда? Так, пару строчек срифмовать. А душу – истину поэта, Слабо Голгофой изорвать? Поднять и тоненьким кинжалом Её прикончить на глазах. И ядом, горько-тонким жалом Убить, всадив клинок вразмах. Видать слабо, коль жив покуда, Идя дорогой на закат. Порой хорош, порой паскуда. Скрипит ногами перекат.